Р А С С К А З (сплошные муки) dtEB Я давно хотел написать рассказ. Или хотя бы маленький рассказик. Или это, как его, а, вот! Эссе. Да. Малую форму, так сказать. Иногда это желание становилось настолько сильным, что хотелось бросить все дела, взять ручку или клавиатуру и записать то, что на один момент показалось огромнее и важнее всего. Пока не забыл. Я думал - вот так и начинали свои произведения гениальные писатели... Впрочем, вспомнив, как великие писатели заканчивали свои дни, понимаешь, что не обязательно мучиться и что-то записывать на бумагу или даже в компьютер. С тобой будет то же самое. Не успеешь даже сказать - 'Ich sterbe, больше света'. Да и хотел я, естественно, не просто так написать и положить. А кому-то еще и дать почитать. Может, даже продать в какое-нибудь издание. По пять рублей за символ. Раз - и пятнадцать рублей. Два - и еще эндцать тугриков. Если, как говаривал классик, потом на кир перевести, суммарно - совсем даже ничего выходит. Но каждый раз, когда я садился и хотел начать писать, я внезапно понимал - я не знаю, о чем мне писать. Хотелось написать о чем-то таком, таком... И причем так, чтоб понравилось. Но я представлял себе - вот я напишу что-то, дам это почитать нескольким друзьям или знакомым... Они прочтут, и, тщательно скрывая зевоту, скажут что-то вроде: "Дааа, старик. Это же надо, а, блин. А я и не знал..." или вроде "Ух ты! Класс! Погоди, мне надо позвонить..." или вроде: 'Бляха-муха, погоди, я налью еще по одной...'. Я пробовал выдумать что-либо смешное, или наоборот - грустное, чтобы об этом как раз и написать. И тут что-нибудь грустное приключалось со мной самим. (Смешного, не случалось почти никогда, заметьте.) Например, вот однажды меня внезапно осенило, что я никому не нужен. Я пошел и напился. А потом еще раз. И так три дня. И потерял ключи от дома. Когда я ехал уже домой, я это обнаружил. Когда я попал домой, мне пришлось вставлять новый замок. Пока я долбил дыры в двери и косяке, я пытался обдумать, что может спасти человека, который приходит домой в полном осознании факта, что он никому не нужен, похмельный, голодный и грязный, и вдруг понимает - у него нет ключей от дома! Он их потерял. Он начинает думать - может, кто-то из тех, с кем он пил, вытащил у него ключи из кармана... Этот - нет, вроде порядочный человек, дал мне денег взаймы... Тот - да нет, не мог он, сам был пьянее меня, и к тому же он человек творческий. Хм... Мнда. Тут сломалось сверло, которое было взятое у соседа под честное слово не сломать и вернуть в целости и сохранности. Пришлось идти в магазин и на последние деньги покупать новое сверло. Чтобы не сломать новое сверло, дальше я дырявил дверь долотом. Потом я хотел написать рассказ про человека, который с детства не может спать на спине. Его мучит мысль, что если ему удастся заснуть на спине, его жизнь переменится. К нему вернется жена, его возьмут на хорошую работу, у него будет достаточно денег, чтобы купить автомашину... Однажды, давным-давно, когда этот человек был студентом первого курса института, его послали на картошку. Там он после обеда прилег отдохнуть на копну сена. Он запахнул ватник, натянул шапку на голову... С неба светило неожиданно жаркое солнца конца сентября. Пахло сеном, гнилыми овощами и холодным ветром. Он заснул на мгновенье, лежа на усталой спине, и ему пригрезилось, что вся его жизнь будет счастливой... Но тут подошел командир отряда и сказал, что отъезд в город откладывается на десять дней. Сразу стало ясно, что грезы несбыточны. С другой стороны, когда ты уже написал что-то осмысленное, уже через несколько минут ты думаешь: все это не то, что хотелось сказать, что все слова надуманные и выхолощенные, что надо сделать это эдак, а то вот так, и вообще заново переписать, что можно позвонить, и тогда, может быть... Но к телефону никто не подходит, и вообще - похоже, что ты никому не нужен, что надо пойти, купить водки и напиться, и тут вспоминаешь, что надо скорее вставить замок и сделать новый комплект ключей, и жрать охота безумно, потому что не ел ничего с позавчерашнего вечера, только пил... Но чу! надо же включить компьютер и почитать почту! И о! есть же еще полбутылки сухого вина! И как же я мог забыть! есть же еще блинчики с мясом!.. И... Так. Секундочку. Ну-ка... Минутный выплеск оптимизма. Как говорят врачи, агония. Последнее "дерг" перед большим "брык". Почты нету, вино выдохлось, блинчики протухли, ключ не входит в замок, на улице холодно. Я бросаю работы, сажусь за стол, отряхиваю опилки с штанов, и начинаю писать рассказ. Или хотя бы маленький рассказик. Ну или на худой конец эссе. Правда, с первых слов понятно, что это будет непонятно что. Малая форма - самое мягкое выражение. Маленькая и аморфная. Мелкая и мягкая. Слова все какие-то лезут в голову высокопарные и пафосные, или наоборот - из какого-то катакомбного жаргона. Предложения получаются короткие и одинаковые, а если случайно одно длинное родится - то прямо как ленточный червь. Вьется и вьется. Непонятно, как его закончить. И постоянно что-то отвлекает, а когда возвращаешься - хочется опять все переписать заново. Нет. Сначала врежу замок. И тогда даже если у кого-то есть мои потерянные ключи, он не попадет в мой дом! Я встаю, беру в руки долото, размахиваюсь... Ай! Черт побери... Больно, однако. Хмм. Некоторое время назад я пробовал написать рассказ про человека, который остался один на некоей планете. Планете, захваченной ужасными полуразумными демонами, вооруженными до зубов, и желающими во что бы то ни стало убить этого человека. Человеку уже, собственно, все равно некуда бежать, он ходит туда и сюда и уничтожает этих демонов. Боеприпасы (по недосмотру провидения) можно снять с демонских трупов и они очень хорошо подходят для ведения дальнейших военных действий. (Люди, не чуждые компьютера, конечно же, сразу узнали компьютерную игру Doom. Впрочем, под этот сюжет подходят еще добрых два десятка подобных игр.) Так вот - казалось бы, очень легко бы было описать, что он там думает, завалив еще пару десятков монстров и демонов и разглядывая чужие и диковинные постройки, собираясь с духом перед тем приоткрыть последнюю, Большую Красную Дверь... Но потом он начал задумываться - а зачем ему вся эта войнушка? В конце концов этот солдат побросал все тяжелое оружие, взял дробовик и бензопилу и ушел в прилегающий лес. Стал там жить, охотиться на ленивых, но очень вкусных летающих огнедышащих монстров и выращивать коноплю. Построил себе землянку, сделал тир. Раз в полгода демоны собираются в отряды и идут на штурм последнего врага. Тогда солдат запаливает припасенные тюки марихуаны и ждет. Когда монстры начинают обниматься и петь песни, солдат выходит из кустарника и выбирает самых толстых и загоняет их на скотный двор. Остальных он пинками и выстрелами соли, смешанной с шишками конопли гонит в ручей и открывает плотину. Потоки холодной (да и грязной, кстати) воды окончательно приводит укурившихся зверей в чувство. Они уходят, грустно понурив свои забубенные рогатые, чешуйчатые головушки. Этот рассказ я потерял где-то, да и к лучшему, наверное. Так. Замок почти врезан. Осталось закрепить его шурупами окончательно, и 'май хоум - май кастль', как говорят гордые бритты, да и друзья степей калмыки, наверное, тоже. Естественно, на калмыцком языке. Интересно, как по-калмыцки 'шахматы'? Но я должен идти. Случайное свидание. Зачем оно? Странную, несбыточную надежду оно будит во мне... Замок немного подождет. Приехав, я долго жду на трамвайной остановке. Похоже, каждый второй прохожий - сильно пьян. Перейдя через дорогу, я подхожу к киоску и заглядываю в светящееся окошко-'кормушку'. Тут же ко мне обращается некто с голосом и интонациями профессионального оратора. Оборачиваюсь. Я вижу человека с грязным лицом, в пижамном костюме, с ищущими собачьими глазами. Купив себе что-то легкое, разбавленное выпить, я снова перехожу на оставновку. Наконец, она выходит, и сразу же дождь, переставший недавно, снова начинает накрапывать. Хочешь выпить? Ей нельзя, она с тренировки. Влажные волосы. Хочу просто попить, вон того фруктового нектара. Провожаю ее домой, дождь все сильнее. Открываю зонтик. Она берет меня под руку. О, благословенные мгновенья! Но дождь кончается. Вот уже и ее дом, ее подъезд. Когда я вышел из ее подъезда, дождь полил как из ведра. Что это было? Может быть, ничего... Тени чувств, всплеск в омуте, легкая рябь, зыбкое колыханье росистой паутины ранним, холодным, стылым октябрьским утром... Вязкий, липкий туман, медленно течет к озеру на утренний водопой, и потом, перевалившись через сторожевой вал орешника, уплывает в лес. Иду за ним. В лесу темно, сыро. Тяжелые капли висят на каждой ветке, на каждом листике. Деревья похожи на ворсинки гигантского легкого. Облепленные влагой, они медленно шевелятся, скрипят. В живой тьме смутно ощущается мощное, скрытое и невнятное движение неведомой лимфы, нервные нити грибницы протянуты от дерева к дереву, мощные мускулы оврагов расслабленно лежат там и здесь, бездонная печень - болото - фильтрует и очищает воду жизни леса. Скоро зима. Мда. "Доктор, у меня ЭТО." Вообще говоря, хорошо бы напрячься и написать-таки что-нибудь смешное. Вот, например, такое. Люди уезжают с дачи. Платформа, 150 километров от Москвы. Подходит электричка, после часа ожидания. Проезжает немного. Останавливается в самом начале платформы. Те, кто был напротив четырех последних вагонов, - садятся в них. Остальные смотрят на это с недоумением в мыслях и идиотским выражениям на лице. Двери закрываются, электричка отъезжает. Следующая - через два часа. А уже 20:30. Но, натурально, народ достает бутерброды и бутылки, расстилаются спальные мешки, расставляются палатки, включаются магнитофоны. Парочка танцует, тесно прижавшись. И на горе подвывает собака. И отрок идет с удочкой на вечерний клев. Музыка ("Ода к радости" Бетховена). Титры: "Им нечего терять." Конец фильма. Нет, не фильма, конечно. Всего-навсего - это конец восемь тыщ девятьсот шестой серии. Сколько их еще будет - точно неизвестно. Примерно вдвое больше, при хорошем уходе. Может, всего одна, при несчастливом совпадении. Я же сказал - неизвестно. Ладно. Замок я доделал. Потом. Хороший замок, серый такой, надежно выглядит. Теперь приходится таскать связку с семью ключами. Надо будет ее на цепочку привесить. А если кто подойдет - можно у него перед лицом помахать. Во, мол, смотри! Почти как кистень. Могу ударить. Мнда. Что-то опять не то. Надо еще немного смешного. Или грустного. Или просто такого, эдакого, извращенно-абстрактного. Например, вот так: Шел однажды по улице Человек, Который Никогда Не Мог Заснуть На Спине, спешил, опаздывал на Электричку, Которая Всегда Проходит Мимо. Да напился нечаянно и потерял Ключи от Квартиры, Где Кончились Деньги. А тут подходит к нему Солдат С Двуствольным Ружьем и говорит - шел бы ты, мол, кореш, в Темный Лес и прятался, а то Быковатые Чудовища стопчут, и не сможешь ты, кореш, вставить Последний Замок в двери своей Квартиры. И вдруг Человек увидел - выходит к нему Уставшая, Милая Девушка... Потряс человек больной головой, отгоняя миражи, и пошел домой. Дома меня никто не ждал. (c) keen 19-20 May 1997. всякого совпадения с реально произошедшими событиями, с реально существующими лицами - не было, и быть не могло. это вам показалось.